www.PLATO.spbu.ru
Главная страница проекта

 

 

 
О НАС

АКАДЕМИИ

КОНФЕРЕНЦИИ

ЛЕТНИЕ ШКОЛЫ

НАУЧНЫЕ ПРОЕКТЫ

ДИССЕРТАЦИИ

ТЕКСТЫ
ПЛАТОНИКОВ

ИССЛЕДОВАНИЯ
ПО ПЛАТОНИЗМУ

ПАРТНЕРЫ

ИНТЕРНЕТ- РЕСУРСЫ

 

НАЗАД К СОДЕРЖАНИЮ

УНИВЕРСУМ ПЛАТОНОВСКОЙ МЫСЛИ X

А. Б. Паткуль
АБСОЛЮТНАЯ ИДЕЯ
КАК НОВОЕВРОПЕЙСКОЕ ОСУЩЕСТВЛЕНИЕ
ПЛАТОНОВСКОГО УЧЕНИЯ ОБ ИДЕЯХ

Свою философскую систему Гегель определяет как абсолютный идеализм. Тем самым он заявляет, что основу, из которой только может развернуть себя философия и которую она в своем развертывании сама должна продемонстрировать как таковую, составляет абсолютная идея. Определяя подобным образом, а именно как идею, исходную действительность, «предмет и содержание» философии, Гегель намеренно причисляет свою систему к традиции, идущей от Платона. Вне всякого сомнения, то, как Гегель понимает идею в ее абсолютности, несет на себе отпечаток не только платоновского понимания идей, но и аристотелева учения о мыслящем себя мышлении, и того смысла понятия «идея», которым немецкий идеализм обязан Канту. Но именно потому, что сами эти учения суть уже модификации платонизма, позволительно говорить о платонизме философии Гегеля. А он на самом деле справедливо может быть назван идеалистом, независимо не только от решения, но и постановки так называемого основного вопроса философии.

Что же понимается под абсолютной идеей в абсолютном идеализме? Чем это абсолютное понимание идеи разнится от первичного платоновского понимания? В чем сохраняет и воспроизводит таковое в его абсолютной исполненности?

Словно бы в ответ на первый из поставленных вопросов Гегель пишет: «Все остальное есть заблуждение, смутность, мнение, стремление, произвол и бренность; единственно абсолютная идея есть бытие, непреходящая жизнь, знающая себя истина и вся истина» [1]. Взятые изолированно эти слова могут показаться тем, что сам Гегель называл «заверениями». Но если попытаться раскрыть смысл, вложенный в эти возвышенные слова, то можно понять, что подразумевается под абсолютной идеей.

Во-первых, таковая есть бытие. Во-вторых, таковая есть жизнь. В-третьих, таковая есть истина. И, думается, слова эти употреблены Гегелем в самом прямом смысле, никак не метафорически.

То, что абсолютная идея есть бытие, характеризует ее как пребывание. Бытие абсолютной идеи или, говоря точнее, бытие как абсолютная идея есть совершенство пребывания всего уже помысленного. Бытие абсолютной идеи есть пребывание абсолютной помысленности помысленного. Это не пустое, неопределенно непосредственное бытие, а «наполненное бытие, постигающее себя понятие, бытие как конкретная и равным образом совершенно интенсивная тотальность» [2].

Абсолютная идея, далее, есть жизнь. Как таковая она есть, с одной стороны, устойчивая субстанциальность. Последняя же должна обозначать здесь как названную устойчивость пребывания того, что пребывает, так и сущность, объективность пребывающего.

С другой же стороны, жизненность абсолютной идеи имеет равным образом и субъективное измерение. В имманентном наличии своей субстанции, своего «что», своей объективности, она есть импульс, стремление. Этот импульс Гегель называет «импульсом всеобщего различия», что подразумевает стремление к обособлению, но также и стремление к воссоединению из обособления в единство. Движение, взаимопереход этих моментов, объективного и субъективного, и составляет собственно жизненность абсолютной идеи как жизни.

И наконец, абсолютная идея есть истина. В ней как идее бытие достигло значения истины, и бытием обладает лишь то, что есть идея. Логически истина есть единство понятия и реальности. Абсолютная идея уже не стремится выйти из себя к чему-то по видимости внешнему себе, так как ей открыто, что то, что могло представать как нечто в себе самосущее, есть ее собственное определение, есть такое ее иное, которое как иное есть ее собственное. В этом смысле абсолютная идея как истина есть освобождение от любой формы конечности, есть бесконечность, по отношению к которой все конечное оказывается неистинным.

Как такое самоопределение абсолютная идея как истина (теоретическая идея) оказывается возможной только в виду блага как условия возможности субъективности абсолютной идеи самоопределять себя (практическая идея), а сама абсолютная идея — единством теоретической и практической идей.

Абсолютная идея, осмысленная в трех указанных измерениях, одушевляется методом. Ее определенность выступает как форма такового. Метод имеет те формальные моменты, которые отчасти были воспроизведены при рассмотрении абсолютной идеи как бытия, жизни и истины. Во-первых, это первая непосредственная всеобщность, которая имеет значение бытия. Оно есть простое и всеобщее, чему соответствует сверхчувственное или внутреннее созерцание, некоторая неопределенная мыслимость. Это и есть бытие, абстрактная соотнесенность с самим собой. Во-вторых, это различение данной всеобщности внутри себя — рефлексия, представляющая собой суждение, акт определения вообще. В-третьих, это снятие разделяющего опосредствования и восстановление всеобщей непосредственности, но уже как насыщенной выявленными в опосредствовании рефлексии содержаниями. Это есть возвратившееся в себя тождественное. В данном пункте само содержание, полученное в самоопределении, как выведенное принадлежит методу. Методически абсолютная идея в обоснованной и доказанной полноте пребывания своих содержаний оказывается развернутой системой. Система же воспроизводит себя как система наук, которая в силу этой развернутости абсолютной идеи как ее основания носит название абсолютного идеализма.

Думается, что подобное развертывание системы и содержательно, и модально возможно именно в силу того, что абсолютная идея заранее избирается в качестве подобного саморазвертывающегося и самообосновывающегося ее основания. Пожалуй, можно выделить три характеристики абсолютной идеи, находящиеся в прямой связи с теми, которые были приведены: 1) прежде всего абсолютная идея заранее берется как понятие; причем понятие именно в гегелевском его понимании, как негативное по отношению к себе, в этой негации выявляющее свои собственные содержания, и восстанавливающее из нее тождество с собой; 2) далее, абсолютная идея заранее берется именно как идея, адекватное понятие, то есть такое понятие, которое также тождественно со своей реальностью, а более определенно, как такое субъективное, которое тождественно со своим объективным; 3) и наконец, абсолютная идея заранее предполагается как личность; личность абсолютной идеи — это свидетельство ее свободы, свободы практически определять себя и тем самым находить свои собственные содержания в себе самой.

В чем же, возвращаясь к поставленным в начале вопросам, подобный образец понимания идеи в Новое время выходит за рамки платоновского, а в чем воспроизводит его на другом уровне?

Упрек платоновскому пониманию идей со стороны абсолютного идеализма можно сформулировать в следующих чертах.

Во-первых, платоновская идея есть всеобщее. Для Гегеля подобное понимание идеи абстрактно, так как абстрактной оказывается ее всеобщность. Идея в ее абсолютной развернутости, напротив, есть конкретнейшее, то есть всеобщее, выявившее в себе все возможные определения. Более того, как самое всеобщее абсолютная идея есть равным образом единичное. Она единственна. Такая идея не имеет ничего абсолютно иного себе, но напротив, всякое иное есть для нее свое иное.

Во-вторых, идеи представляются как находящиеся вне нас трансцендентные существа. Платоновским идеям недостает динамики внутренней жизни, они всецело позитивны. Единичное по отношение к ним есть нечто несущее. В абсолютном идеализме же, идея есть жизнь, как считает Гегель, поскольку здесь вводится понятие негативности, которая направляется всеобщим на себя самое.

И, в-третьих, идея в платоновском варианте может выступать только предикатом, соответственно, только всеобщим, которое оказывается истинным некоторого единичного. С позиции абсолютного идеализма истинным должно быть не только всеобщее вещей, но и единичное, о чем уже шла речь. Поэтому идея в ее абсолютности равным образом есть субъект. И его предикаты есть его собственные определения, в которых выявляется объективное содержание. Идея как абсолютное выявляет в себе не только объективно-содержательный, но и формально-субъективный момент. Не только объективное «что», но и связующее единство развернутой формы.

И все же именно абсолютная идея в гегелевском варианте есть выявление заложенного в платоновском понятии идеи. И скорее всего, это наследование может быть намечено именно в тех трех определениях, которые Гегель дал абсолютной идее. Бытии, т.е. пребывании пребывающего в тотальности, правда, не только в субстанциальности, но и форме субъективности, которая вместе с тем есть абсолютная субъективность. Жизни, т. е. удержанного в единстве взаимного перехода содержаний идеального. Истине, т. е. условии открытости пребывающего для себя самого, для мыслящего, сущей мыслимости уже помысленного.


Паткуль Андрей Борисович - аспирант кафедры онтологии и теории познания философского факультета СПбГУ

ПРИМЕЧАНИЯ
[1] Гегель. Наука логики. СПб., 1997. С. 754. назад
[2] Там же. С. 771. назад

© СМУ, 2007 г.

НАЗАД К СОДЕРЖАНИЮ